Гроб с телом священника и оружие «из сказки»: что нашли в Албазинском остроге

Посетителям показали рабочие материалы, которые пока еще не опубликованы. Корреспондент SOVA вместе с другими любителями краеведения и археологических загадок побывал на уникальной встрече.

Дом, ставший могилой

В зале собрались в основном люди не случайные: ученые, историки, учителя, искусствоведы, студенты.


Руководитель археологической экспедиции Андрей Черкасов говорит, что изначально в остроге планировали изучать жилые и военные сооружения, но пришлось работать с погребениями. Новый раскоп № 5 делали в юго-восточной части крепости, здесь обнаружили полуземлянку XVII века, которая стала братской могилой для 30 албазинцев. Рядом расположились 15 одиночных захоронений в гробах. Из-за влажной глинистой почвы останки плохо сохранились, но вот предметам быта и одежды, как отметили ученые, это, напротив, помогло «дожить» до наших дней.

Как сказал Андрей Черкасов, это уже третья найденная им скудельница (массовое погребение, устраиваемое в экстремальных условиях, например, во время войны или эпидемии — прим. ред.), которая открывает, как жили и умерли древние амурчане. Найденное строение представляет собой полуземлянку с порогом и дверью, обитую мехом, с кирпичной печью в противоположном от двери углу. У входа стоял керамический сосуд. Внутри найдены останки погибших албазинцев, там же туеса, деревянное ведро, керамика, мешок с зерном.


Антрополог, работавший «в поле» с остальными учеными, помог воссоздать контекст нескольких находок. Так, один воин, похороненный в деревянном гробу, был найден с пулей в животе и ноге. Ученые предположили, что его сначала ранили в ногу, а потом добили. В целом на объекте обнаружили больше 10 свинцовых пуль. Также в полуземлянке нашли девушку, сидящую на руках у мужчины. Ее палец когда-то украшал серебряный перстень. Андрей Черкасов также упомянул про детские погребения. Позже, после исследований, все останки захоронят.

Семь крестов, совня и десять коробок текстиля

Археолог-реставратор Валерия Вдовина отмечает, что за годы экспедиции это самая «богатая» найденная землянка: за день раскопок их участникам удалось обнаружить сразу семь серебряных нательных крестов хорошей сохранности. Они были на шелковых шнурах разных цветов. Девушке удалось отреставрировать символы православной веры в лаборатории. Там, используя различные техники, крестам вернули «товарный» вид. А на рентгене удалось выяснить, что один из них был покрыт амальгамой из смеси ртути и золота и инкрустирован камнем. Еще несколько крестов «по классике XVII века» оказались покрыты эмалью.


Также благодаря климатическим особенностям земле удалось сохранить разные элементы одежды, обуви, кожаных вещей, берестяные изделия. В итоге амурским ученым удалось собрать 10 коробок текстиля: вязанные и тканые вещи, одежду из войлока. В целом, как отмечает специалист, текстиль в такой сохранности — уникальная для археологии всей России находка. По найденным в этом и прошлых годах вещам позже воссоздадут албазинскую «моду».

Как тяжелый в реставрации материал показала себя древесина. Ученый даже придумала термин для обозначения плохой степени сохранности — «албазинское дерево», так как от него «остается только название». В остроге чаще всего использовали лиственницу. В грунте нашли деревянную кадку, которую пришлось забирать вместе с землей, чтобы изделие не развалилось. В таком же состоянии оказалась рукоять ножа. Она, кстати, была украшена накладкой из бронзы — обоймицей.

Работе часто мешали дожди. Ученые «погружались в историю» под навесом, но грунтовые воды проникали в раскоп. Приходилось оперативно ее вычерпывать. Чтобы находки не гнили, не плесневели, не «цвели», сразу на месте проводилась очитка, просушка, обработка различными веществами и пластификация. Такой обработки удостоились найденные берестяные туеса и текстильный мешок.

Как отметила Валерия, большинство находок хаотично располагались между костями албазинцев, поэтому были покрыты органикой и остатками шерсти от меховых изделий.

Металлические предметы тоже порадовали ученых. Вернули на воздух из забвения клинок древкового оружия, лезвие ножа, кресало, светец (старинное приспособление для крепления зажженной лучины), винты с резьбой. В основном все находки были железными, свинцовыми и серебряными.


Особой гордостью и поводом для глубинных исследований стала «мифическая совня», как назвал ее Андрей Черкасов, — клинок на втулке с широким лезвием. Мифическая, потому что она описана в литературе, но самих экземпляров нигде не сохранилось. Ей еще предстоит реставрация, так как агрессивная почва подвергла оружие сильной коррозии. Затем необходимо будет выяснить, что это все-таки за оружие.

Чей батюшка?

Самая сенсационная находка сезона — деревянный «саркофаг» из бревен, в нем гроб и останки священника. Сохранились элементы его одежды, крест и Евангелие, которое лежало на груди. Евангелие украшено серебряными накладками с золочением, на которых находились клейма мастера и герб Москвы. Роскошный оклад книги подтвердил датировку погребения XIX веком.

При извлечении гроба амурчане советовались с работниками Эрмитажа. Коллеги подсказали, как проводить антисептическую обработку, как изолировать от кислорода, как сохранить стабильность предметов.

При анализе антрополог сумел определить некоторые особенности жизни батюшки. Кости «подсказали», что ему от 40 до 50 лет, и он часто держал пост. Позже ученые попробуют восстановить облик священника, а раскрыть личность помогут архивы, которые хранятся в Благовещенске и во Владивостоке.

Слушателей удивило, что, гроб был найден под остатками кирпичной печи. Археологи предполагают, что это печь церкви, построенной в XIX веке и впоследствии сгоревшей, а погребение было совершенно под ней при строительстве. Захоронение священников под полами церкви — часто встречающееся явление в православной обрядности.


Также ученые продолжили обследовать окрестности острога, в том числе Ангайский могильник, оставленный даурским племенем. На территории погребального комплекса они обнаружили несколько захоронений и пополнили свои знания об обрядах даурцев. В одной из могил был только череп. Также ученые нашли несколько столбов, как основу обрядового помоста, и рядом прах нескольких сожженных человеческих тел.

Часть острога обрушилась в Амур, но земля «первой столицы русского Приамурья» хранит еще много загадок. Начиная с 1970-х годов, исследована пока лишь треть территории. Самые древние находки обнаружены на глубине 2,5 метра. Раскопали захоронения 400 человек. В основном это погребения после боев, но были и гражданские могилы.

В планах исследователей изучить обнаруженные маньчжурские укрепления, которые возвели, видимо, для блокады острога. Они проходят через огороды местных жителей на расстоянии около 500 метров вокруг крепости. Также археологи не теряют надежды обнаружить Спасский монастырь.

После полученных открытий задача ученых, как сказал директор Центра по сохранению историко-культурного наследия Амурской области Денис Волков, «передать из материального в научное», то есть описать опыт и находки в книгах, чтобы результаты исследований стали доступны боле широкому кругу интересующихся историей Приамурья людей.

• В 2021 году в парке «Патриот» под Благовещенском построили копию Албазинского острога. Его восстанавливали на основе открытий археологов и архивов. Сейчас там музей.

Фото: Андрей Черкасов, Валерия Вдовина, SOVA